Прощай, наша Наташа… Ушла из жизни сканди-тренер, поэт Наталья Гоголева

4 апреля, в 2 часа ночи, этот мир покинула Наталья Михайловна Гоголева — активист движения «Анти-рак», тренер сканди-клуба «Стимул», поэт, любящая мама и бабушка, любимая подруга, любительница дальних походов, сплавов и путешествий, лауреат всяческих поэтических фестивалей, да просто — красивая, стильная женщина…

Страшный день для всех ее друзей. Черный день.

Наша Наташа — наша подружка. Мы потеряли светлого, доброго, безумно талантливого человечка. Наташеньку Гоголеву. Наташку, Натулю, Натусечку. Ту, с которой мы понимали друг друга с полуслова и полувзгляда. Которая как никто умела поддержать — она, неимоверно любившая жизнь, и однажды уже обманувшая смерть.

Именно тогда, в таком далеком и близком 2018 году, мы познакомились с ней на берегу прекрасной реки Алдан, в Томмоте — на республиканском фестивале авторской песни и поэзии «Берег Дружбы». Она приехала туда после операции и тяжелой химиотерапии — как потом не раз говорила Натуся, «Берег дружбы меня спас, реабилитировал, реанимировал». Казалось бы, рак отступил.

Наташа — на «Берегу Дружбы», в нашей любимой беседке, 2018 год.
День нашего знакомства — август, 2018 год, перед отправкой на фестиваль
Наташа в оранжевом платочке — после химиотерапии….

Она снова начала писать стихи. Она научилась играть на хомусе, и вступила в ансамбль при доме «Арчы». Она ездила с этим ансамблем на конкурсы и фестивали — и они побеждали. Она отучилась в Москве (или в Питере — не помню уж точно) на сканди-тренера — и занималась с людьми скандинавской ходьбой. В парке по утрам проводила утреннюю зарядку — она жила недалеко, и парк был ее местом отдохновения и единения с природой. Кормить птичек и белочек, просто ходить и дышать свежим воздухом, обнимать деревья — она ходила туда и летом, в жару, и зимой, в мороз и туманы. Она еще и работала — в ТЦ «Олонхо» в магазине продавала сканди-товары. Она так торопилась жить, словно бежала по жизни, будто убегая от смерти: «Если я начну лежать дома, то я сильнее заболею», — отшучивалась она на мои просьбы поберечь себя.

Она всходила на горы и на сплавлялась по рекам. И просто ездила с друзьями отдыхать. Она была «за любой кипишь», была легка на подъем, всегда улыбчива и готова отправиться хоть на край света. И завтра мы проводим Наташу в ее последнее путешествие, из которого она никогда не вернется, и не позвонит: «Я дома, Данусь, я вернулась!»…

После той химиотерапии у нее было три прекрасных года — полных общения и путешествий, эмоций и впечатлений. А потом рак вернулся — и вернулся очень агрессивно, чтобы взять реванш. Настолько агрессивный, что Натуся сгорела за несколько месяцев…

Она очень меня поддерживала. И тогда, год назад, когда я похоронила своего первенца, Егорушку (печальное совпадение — она ушла именно в тот день, когда я похоронила сына, 4 апреля), и в течении всего этого страшного года. Даже когда ей самой уже было плохо, когда рак вернулся к ней со страшной, удвоенной, силой, когда уже я от переживаний не находила себе места, и звонила ей, и писала в ватсап (боясь потревожить лишний раз) — она улыбалась и говорила: «Прорвемся, Данусь!».

Не прорвалась. Мы говорили с ней в последний раз 25 марта. «Я за любой кипишь, кроме кладбища, ты же знаешь», — будто уговаривала меня Натусик. Она отправляла голосовые, когда уже не могла писать. Но я все еще надеялась, что она выкарабкается. Мы все очень надеялись. Натуся была очень сильным человеком. Очень. И теперь — ее нет.

В ночь на 25 марта мне приснился сон.
У меня будто день рождения, или что то в таком духе… и она дарит мне подарочки. Маленькую шляпку, которую нужно прикалывать булавками. Красивое глиняное блюдо, которое она сама разрисовала. А еще — комплект, серьги и кулон — я еще посмотрела, на этикетке была цифра 601 — то ли цена, то ли артикул. Очень красивые сережки! Это при том, что я их не ношу. А тут — во сне — взяла и надела… и еще маме моей тоже что то подарила, но не помню что. Еще переживала, понравится ли ей, я говорю — конечно, понравится! И мы обнимаемся, и плачем, смотрим друг на друга, и снова обнимаемся и плачем… Она словно заранее попрощалась со мной, придя ко мне во сне.

Я ей написала тогда, 25 марта, в ватсап, рассказала ей этот сон. Я думала — это к хорошему. Она отправила в ответ поцелуйчики и сердечки. Уже тогда ей было совсем плохо. А за некоторое время до этого она попросила у меня песню: «Я помню у меня был текст на русском и на якутском, а песня по-моему звучала на якутском, они там с братом пели… В онкологии всех она воодушевляла и русских и Саха и татаров и… Короче всех! С утра наша палата превращалась в радио центр, у сопалатницы была колонка, приходила медсестра и просила включить эту песню, Мы счастливые такие😍👈🏾 включали и всех так «лыбило», что было так радостно смотреть друг на друга✊😅А потом нам просто принесли кучу телефонов с просьбой перекинуть песню им, чтоб они могли отправить друзьям, которые лечатся дома, а кто в других клиниках👍🏻👍🏻👍🏻тут уж нас не просто лыбило😁»…

Эта песня — «Помоги мне Боже, помоги!», вернее — «Кемолос, Танара, Кемолос!». И я успела отправить ей эту песню. Успела исполнить ее последнее желание — она нигде в интернете не могла найти эту песню. Я поняла, о ком она говорит — о прекрасном музыканте Алексее Потапове. И я позвонила Леше — он, по стечению обстоятельств, мой добрый приятель…

Меня душат слезы, когда я слушаю эту песню. Потому что Наташа последние свои дни слушала ее — и обращалась к богу с молитвами. Я не знаю другого такого человека с такой жаждой жизни. Я ведь всегда знала, что она где-то рядом, в этом городе, знала: мне стоит только прийти к ней — и она меня обнимет, и поцелует, и утешит, и посмеется со мной, и поплачет. Теперь — больше никогда…

Наталья Михайловна Гоголева.
Тренер сканди-клуба «Стимул».

Лауреат республиканского фестиваля «Берег Дружбы-2019» в номинации поэзия.
Обладатель I премии II республиканского конкурса «На крыльях Стерха и Жар-птицы-2021» в номинации «Поэзия».

Стихи. Она записывала их на всем, что попадет под руку — бумажки, салфетки, а потом теряла эти бумажки, и забывала тексты. Я ругала ее за это — говорила, надо все печатать, чтобы не забылось, чтобы осталось — а она смеялась, и говорила, что у нее и компьютера то нет…

Она писала необычайно тонкие, удивительные стихи. Она подмечала в людях то самое главное, о котором они и сами не догадывались.

Наша стильная, удивительная Наташа. Сегодня о ней скорбят не только друзья в Якутске. Но и — Алдан, Нерюнгри, Мирный, Нижний и Верхний Бестях, Москва, Калининград, Новосибирск.

Спи спокойно, дорогая подруга. Тебе уже не больно… Передавай всем привет, и жди — мы обязательно с тобой встретимся, на другой стороне луны…

Наталья Гоголева

***
А завтра будет сентябрь. С дождями своими седыми,
С бруснично-багряным закатом, хандрою и аглицким сплином.
Глинтвейн на столе. Шарф на шее. Заметная в пальцах дрожь…
И тучи, в баулах рогожных несущие скучный дождь.
И на стекле оконном осени слёзный след.
В кресле слепым котенком свёрнут старенький плед.
Солнце в косматых тучах осколками янтаря.
Морось в душе, но в доме — запахи имбиря…
А завтра настанет утро, остынет в бокале глинтвейн.
Сентябрь в плаще и шляпе в мою постучится дверь.

***
Упаси вас Бог от страшной доли: видеть умирающую мать…
К сердцу прижимать её ладони, и просить, просить — не умирать.
Зажигать свечу у изголовья, и молиться с ночи до зари,
Каждой клеткой мучаясь от боли, что её съедает изнутри.
Сердце разрывается на части, принимая роковой урок,
Что не долюбил, был скуп на ласки, обделял вниманьем, не сберег…
И слова противным тяжким комом застывают у тебя в груди,
Только как молитву, неуклонно, шепчешь запоздалое: «прости!»
А она тебя не понимает, и уже совсем не узнает…
Жизнь порой жестоко проверяет твой невыученный ранее урок.
Матерей при жизни берегите, лаской окружите и теплом!
Все обиды из души сотрите. Ибо поздно сожалеть потом.

***
как по душе мне август! щедрый, румяно-спелый.
бархатом чёрным стелет, камлая на лунный серп.
в августе ночь-шаманка, касаясь темного неба,
неистово вниз бросает веточки звездных верб.

черпая бубном ветер, дышит по-летнему знойно,
и от неё исходит холодный мерцающий свет.
крылья парки раскинув, лунную синь закрывая —
яркой неведомой птицей кинется вслед комет.

бубен свой ночь-шаманка в танце вдруг опрокинет,
и торопливо россыпь звездную зачерпнёт,
и серебристым ливнем под утро в лесочке сгинет,
волнами северной страсти лето отправит в полет.

как по душе мне август! время ночных звездопадов…

Статья о Наташе:

Дана Бубякина, и все друзья — музыкально-поэтическое объединение «Палата номер шесть»

Если вы увидели интересное событие, присылайте фото и видео на наш Whatsapp
+7 (999) 174-67-82
Если Вы заметили опечатку в тексте, просто выделите этот фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редактору. Спасибо!
Система Orphus
Наверх