Прима-балерина: С трепетом возвращаюсь на Родину в «Баядерке»

ВПЕРВЫЕ В ЯКУТСКЕ ОЛЬГА ГРИШЕНКОВА: С ТРЕПЕТОМ ВОЗВРАЩАЮСЬ НА РОДИНУ В «БАЯДЕРКЕ»

Она невероятная — очень яркая, способная удивлять. Лучшая Баядерка — это Баядерка в её исполнении, и это доказано театральной премией «Парадиз» в номинации «Лучшая женская роль в музыкальном театре».

И лично мне очень импонирует тот факт, что одна из самых красивых балерин Новосибирского театра, заслуженная артистка России — наша землячка, родом из Якутска.
Она, получившая серьёзную закалку в стенах Якутского хореографического училища, может без устали танцевать два спектакля подряд.
Впервые прима Новосибирского театра Ольга ГРИШЕНКОВА покажет своё прочтение Никии в «Баядерке» и Эгины в балете «Спартак» вместе с ведущими солистами Большого театра в рамках фестиваля балета «Стерх».
Я побеседовала с титулованной артисткой, чтобы узнать, за что она любит балет «Баядерка», зачем парится в бане и что она думает о своих якутских педагогах.
И вот что я выяснила.

НЕНАВИДЕЛА СВОИХ ПЕДАГОГОВ
— Ольга, вы родились в Якутске и здесь начинали учиться балету. Как же вышло, что вы теперь в Новосибирске? Каких педагогов вы здесь оставили и хотели бы вы, чтобы они, наконец, увидели вас на якутской сцене?

В Якутском училище

— Вы очень правильный задали вопрос. Я, действительно, начинала учиться в Якутском хореографическом училище, куда, кстати, попала совершенно случайно.
Мне было десять лет, я училась в обычной средней школе №2 Якутска, и в сентябре к нам пришли педагоги из хореографического училища. Меня отобрали, хотя у меня не было абсолютно никаких данных к балету. Я даже не знала, что есть такая профессия и, кажется, никогда балета не видела. И когда я сказала об этом маме, она вначале подумала, что, наверное, это какой-то танцевальный кружок. А оказалось вот так серьёзно. На всю жизнь.

В Якутском училище

Моим педагогом была Галина Васильевна АФАНАСЕВИЧ, её муж Сергей Викторович тоже немало в меня вложился. Мне она говорила, что меня взяли только из-за моих внешних данных, других не было. Я же не могла ни на шпагат сесть, ничего другого, и все те высоты, которых я достигла, приобретались тяжёлым трудом и слезами.
Я приходила домой — у меня всё болело, я плакала. Мама жалела: «Давай бросим!». Но, видимо, у меня уже тогда стал проявляться характер, и я шла напролом через боль, слёзы и плохое настроение.
Мой педагог была очень суровой и жёсткой. Мы её просто ненавидели! Если она приходила в зал, и видела, что мы не мокрые, не красные, неразогретые, заставляла полчаса бегать по кругу.

А вот сейчас, когда я прилетаю в Якутск, стараюсь встречаться со своими педагогами, я их очень ценю. В Якутске я проучилась четыре года, и в четырнадцать лет показалась и была принята в Новосибирское хореографическое училище, благодаря Галине Васильевне.
Я уже написала ей и Сергею Викторовичу, что прилетаю в Якутск танцевать «Баядерку». И билеты им приобрела на спектакль! Надеюсь, смогут прийти. Очень хотелось бы с ними увидеться.

КОРНИ — В СРЕДНЕЙ КОЛЫМЕ
— Ольга, а расскажите, кто ваши родители, откуда родом.
— К балету, как вы уже поняли, они точно отношения не имели. Папа — дальнобойщик, мама — экономист. Папа ездил по очень сложной и опасной трассе Якутск-Колыма. А мама всегда работала с цифрами, то есть в нашей семье балет вообще никак не фигурировал.

Мама и папа

Мои бабушка с дедушкой познакомились в Среднеколымске, куда бабушка приехала работать фельдшером. Сама она родом из Котласа Архангельской области, а дедушка — местный, среднеколымский, и вся его родня оттуда, а если проследить, куда ведёт родовое древо, то родоначальником окажется купец Александр Третьяков.

Мой папа Владимир Третьяков встретил мою маму, когда уходил в армию. «Вот вернусь, — говорит, — и женюсь на тебе». А мама его дождалась.

ПИСАЛА БАБУШКЕ ПРО «БАЯДЕРКУ»
— Моё детство очень тесно связано с бабушкой: мама училась, работала, а я росла у бабули. И когда ходила в училище, она каждый раз провожала меня до остановки. И я хорошо помню суровые якутские зимы, туман и ничего не видно…

Бабушка с дедушкой и сыном Володей

Моя бабушка Людмила Дмитриевна Третьякова всю жизнь проработала в роддоме акушеркой. Она и меня принимала, и моих сестёр. Она следила за моими успехами, до последнего собирала статьи про меня, все вырезки из газет хранила. Как и письма, которые мы писали друг другу, когда я уехала учиться в Новосибирск. Интернета тогда ещё не было, и мы писали их от руки и отправляли почтой.
В одном из писем я писала бабушке, что станцевала в «Баядерке», рассказывала, как это было. И когда мне присвоили звание заслуженной артистки, я даже не знала об этом. Мне позвонила бабушка. Из-за разницы во времени она всегда звонила очень рано. Я ещё спала, а она уже знала и звонила мне с поздравлениями. И если бы она была жива, ей было бы очень приятно сходить на спектакль, в котором я танцую на якутской сцене в качестве ведущей солистки.

НОЧЕВАЛИ, ГДЕ БРОДЯТ МЕДВЕДИ
— Как давно вы не были на родине?
— Нет, я в Якутске бываю относительно часто, свозила сюда и мужа, и дочку.
— И как Якутия мужу?
— Он в восторге. В первый раз я привезла его, когда была беременна. Родственники нам купили путёвку на Ленские столбы, и я с огромным животом поднималась по этим ступенькам. Мне не было тяжело, но все смотрели на меня с удивлением. Немножко пожары подпортили впечатление. Всё было в дыму и мало что было видно.

С мужем Максимом Гришенковым и дочкой

А когда дочка была маленькая, мы всей семьёй ездили на Булус, в лесу разбили палатку и ночевали возле таблички «Осторожно: медведи!». Мужчины рыбачили, ездили на какие-то супер рыбные места — так что он был в полном восторге. В Новосибирске же ничего такого нет. Огромное удовольствие он получил от нашей реки Лены, Ленских столбов, от природы, от города. И погода чудесная. Я давно говорю, что в Якутске пора открывать курортную зону.

МАКСИМ БЫЛ ВЕДУЩИМ, А Я КОРИФЕЙКОЙ
— Ваш муж Максим Гришенков тоже принадлежит балету, и когда вы с ним встретились, он уже был ведущим…
— А я тогда ещё была в положении корифейки, и почему-то его боялась. Он мне казался грозным. И я даже не знаю, как у нас всё произошло. Ещё вчера я его боюсь и говорю ему «здравствуйте», а уже сегодня у нас — чувства, и всё очень серьёзно. И наши отношения мне очень помогли в профессиональном плане. Мы вместе с ним переехали в Екатеринбург. И вот там наступает понимание, что нужно заявить о себе. Я начала тянуться до его уровня, и он очень помог мне развиться в актёрском плане. Для артиста очень важно быть не только хорошим танцовщиком, но и отличным актёром — чтобы донести до зрителя все чувства, все переживания своего персонажа. Безусловно, это приходит с опытом, но он помог мне ускорить этот процесс. Максим Гришенков — прекрасный педагог, но подопечные тоже почему-то его опасаются. Может, потому, что требовательный. А он профессионал очень высокого уровня, и по-другому не может.

С ДЕТСТВА НЕ ТАНЦЕВАЛА НА ЯКУТСКОЙ СЦЕНЕ)
— Когда вы учились в Якутске, доводилось ли вам выходить на сцену, кроме амурчиков в «Дон Кихоте»?
— Как раз в памяти те амурчики и отложились) Я помню, сидела за кулисами в ожидании своего выхода, и смотрела оттуда на этот спектакль. И эта музыка, и само действие меня так впечатлили, что тогда я подумала: «Вот было бы здорово здесь танцевать!» И несколько лет назад мне дали партию Китри, и в одном из интервью я вспоминала, что мечтала об этом ещё в Якутске.
А ещё в Якутске я танцевала в «Баядерке» «Ману» — шуточный танец с кувшином!

Юная танцовщица

И для меня очень символично и трепетно через столько лет снова оказаться на этой сцене. Я на самом деле очень жду, предвкушаю и волнуюсь. Очень хочу, чтобы всё произошло поскорее.
Хотя…
Торопить время нельзя, оно и так быстро бежит.

НА СЦЕНЕ Я НЕ ОЛЬГА ГРИШЕНКОВА. НА СЦЕНЕ Я — ПЕРСОНАЖ
— Вы получили премию за «Баядерку» а номинации «Лучшая женская роль в музыкальном театре». Расскажите об этом, пожалуйста.
— Да, это было года два или три назад. Меня на самом деле очень привлекают балеты, где есть драматические партии. Мне интересно танцевать, когда у персонажа есть свой характер, и он развивается в процессе спектакля, и что есть переживания. А здесь Никия — это любовь, предательство, смерть. Есть, куда вложить душу и пережить эту роль так, что я в этот момент не Ольга Гришенкова, а Никия.

Каждый раз, выходя на сцену, мне очень важно показать свой персонаж, и мне кажется, я даже забываю, что у меня что-то болит или что-то произошло. Я ступила на сцену, и я — другой человек, я — персонаж. Это всегда очень здорово. И я могу сказать, что «Баядерка» — один из моих любимых балетов.

СКОРЕЕ, УПАДЁТ САМ, ЧЕМ УРОНИТ БАЛЕРИНУ
— А кто ваш партнёр по «Баядерке»?
— Это ведущий солист театра Роман Полковников, с ним у меня сложился крепкий доверительный дуэт. Мы уже начали готовиться к этому спектаклю и на днях станцевали «Баядерку» на сцене НОВАТа.
Роман внёс свой вклад в моё развитие дуэтной танцовщицы. Он очень помогал, когда я волновалась, боялась делать поддержки, помог преодолеть страх. И сейчас, когда у меня бывают такие моменты, говорит: «Да, Оля! Да я тебя точно не уроню! Ну вот точно». Он такой. Роман, скорее, упадёт сам, чем уронит балерину — так должен вести себя каждый партнёр.
— Он впервые будет в Якутске?
— Нет, десять лет назад он привозил на «Стерх» балет Эдварда Льянга «Шёпот в темноте». И сейчас будет очень рад снова оказаться в Якутске и станцевать в вашей постановке, потому что у нас в театре сейчас идёт немного другая версия «Баядерки» — современная постановка испанского хореографа Начо Дуато. И мы с ним каждый раз ностальгировали по прежней «Баядерке».
— В чем разница?
— Раскрывать не буду, пусть зрители сами посмотрят. Скажу только, что у нас на сцене разворачивается гнев богов, а у вас более трагичный финал.

ПОДРЯД ДВА «КОРСАРА» И ПАРНАЯ В БАНЕ
— Если честно, не люблю отдыхать, не люблю выходной, когда такой бешеный ритм работы и спектакли идут за спектаклем, иногда в неделю по два. У меня было, что я танцевала подряд два «Корсара» — у нас была премьера — а наутро полетела в Питер, и там у меня была «Жизель», и вернувшись обратно, продолжила дальше танцевать спектакли. Я могу ныть, что устала, но это всё, как говорит моя сестра: «Ой, не ной, ты же это всё любишь!» Так и есть.
Я получаю огромное удовольствие от того, что меня ставят, когда есть работа и этот ритм для меня самый лучший.

Вот сейчас было небольшое затишье в театре, и меня не было на сцене две недели, а вчера у меня была «Баядерка» и я поняла, что волнуюсь от того, что отвыкла. Как будто бы мне было даже тяжелее. А когда ты работаешь в постоянном ритме каждый день, у тебя как будто нарабатывается выносливость. После спектакля ты как будто уставшая, но у тебя такое огромное удовлетворение, такой подъём, что частенько долго невозможно уснуть. Адреналин и эмоции не отпускают.
Чтобы восстановиться, хожу на массаж и хотя бы раз в две недели — в баню. Вот открыла для себя этот вид отдыха, который, на самом деле, из моего детства. В парной да с веником. У нас в Якутске была дача на Сергеляхе, которую построил дедушка своими руками. И мы с сёстрами очень любили ходить в баню: самим её растопить и потом париться. Бабушка переживала, что мы после бани замёрзнем и давала нам с собой какую-то кучу одежды, тёплые носки, жилетки из шкур…
Так что баня — это сразу ассоциация с детством, дедушкой и бабушкой, которая была душой всей нашей семьи. Место силы.

ГОТОВА ТАНЦЕВАТЬ СРЕДИ ЛУЖ
— Вы танцевали в самых интересных театрах России и за границей, а какая сцена была самой неожиданной и оставила сильные впечатления?
— На ум сразу пришли наши гастроли на фестиваль в Будапеште, куда мы возили балет «Жизель». Спектакль, бесспорно, занимает первое место в моих любимых. И у нас было запланировано выступление на небольшом острове. Это сцена под открытым небом, позади — лес, и это всё. Спектакль начинался поздно. Был чудесный закат солнца, шёл первый акт. Жизель, встреча с Альбертом и эти все страсти, и солнце уже садилось. И вдруг начался безумный ливень. Я готова была танцевать среди луж, но оркестр тоже был под открытым небом, а у них инструменты. Пришлось спектакль пришлось перенести на следующий день в закрытое помещение. Но сама атмосфера под открытым небом в закате солнца и ещё такой мистический спектакль, как «Жизель» — это было невероятно.
И вот буквально в прошлом году с Романом Полковниковым мы ездили в Севастополь на двухсотлетие города-героя. И там у нас тоже были Гала концерты под открытым небом в Херсонесе Таврическом. Первый спектакль прошёл удачно, а на второй день случился природный катаклизм. Такого ливня, нам говорили, давно уже не было. Размывало все насыпи, был сильный ветер, город начал тонуть и второй спектакль тоже пришлось отменить. Так что в этом году я решила: а поеду-ка я лучше на Север)

Балетная семья

ОСТАВИТЬ НА ЯКУТСКОЙ СЦЕНЕ ЧАСТИЧКУ СЕБЯ
— Ольга, а что вы сказали бы якутскому зрителю?
— Очень жду всех жителей города Якутска, гостей, всех, кто меня знает и кто не знает, на фестивале «Стерх». Думаю, что это будет очень интересно. И я очень этого жду, предвкушаю и надеюсь оставить на якутской сцене частичку себя, своей души, своих прекрасных воспоминаний. Надеюсь, что всем понравится и все получат удовольствие. Для меня это очень волнительно и трепетно, и не терпится всё это начать. Приходите обязательно! Ваша Ольга Гришенкова.


Добавить комментарий

Заполните все поля и подтвердите номер телефона

Подтвердить смс Подтвердить Телефон подтвержден, вы можете отправить комментарий!

Если вы увидели интересное событие, присылайте фото и видео на наш Whatsapp
+7 (999) 174-67-82
Если Вы заметили опечатку в тексте, просто выделите этот фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редактору. Спасибо!
Система Orphus
Наверх