Островной кинематограф Дмитрия Давыдова

Только в кино совместимы понятия возвышенности и простоты. Так случилось с представлением в рекламных  афишах  второго полнометражного фильма Дмитрия Давыдова  «Нет бога кроме меня». В якутском варианте  фильм  назван  «Ийэкээм».  Нежное по  звучанию, и по сути своей  непереводимое обращение к матери:  « Родная моя…»

   В  своем интервью во время работы над фильмом Дмитрий Давыдов  отметил:  «Смысл названия — человек сам кузнец своего счастья. Он должен принимать на себя ответственность за все происходящее в жизни. Для меня, конечно, существует только одно название фильма — «Нет бога кроме меня»,  а «Ийэкээм» — это продюсерская интерпретация названия для местного зрителя, более понятная».

    Любой  субординативный билингв, коих в Якутии больше половины вынужден смотреть  фильм по двум  зрительным каналам:  В одном из них главный герой  — это страдающий  и метущийся в поисках верных шагов Руслан. Во втором – главной  героиней становится  больная мать с угасающим сознанием.  Зритель так устроен, что сам выбирает  свою линию  восприятия, близкую по духу и эффекту узнавания ситуации.  И соответственно реакции  на тяжелую,  отчасти депрессивную драму возникают совершенно полярные  — от неприятия до восхищения. 

Оно и понятно, речь идет о глубоко личном, сокровенном  – об отношении к стареющим родителям, о горе в семье.  В фильме Дмитрия Давыдова  горе, и как состояние, и как  процесс,  отображается с зеркальной достоверностью.

  Нет смысла сравнивать этот фильм с европейским опытом экранизаций на подобную тематику. Их больше десятка можно привести:  Моя девочка, Попутчица, Айрис,  Дневник памяти, Прощальная вечеринка, Мед в голове… Наш якутский фильм  в  этом плане  бьет по зрителю жестче и больнее,  потому как  у нас и почва  другая, реальность  неприглядная, и  люди в горе иные, отчужденные  в своей безысходности. Вторая работа в полном метре довольно четко доказала, что Дмитрий Давыдов достиг уровня мастера «островного кинематографа»  — территории духовного подвижничества. Он совершил очень важный для людей подвиг, призвав их вернуться к себе, к корням, к  внутренней целостности.

   «На что я потратил 2 часа своей жизни?» — с гневом вопрошает  разгневанный  блогер  99Guest  в «Дневниках». И он отчасти прав, его без спроса  окунули в  зону дискомфорта, в  неприемлемый формат бытия. Яростный критик не пощадил режиссера и продюсеров, обвинив их в неискренности, зато похвалил актеров, оператора, и  вполне логично для его восприятия заметил: « Сняли все по правилам артхаусного кино: поэтично, молчаливо, грустно, депрессивно, затянуто, многозначительно».  Сложности  в  создании  любой социальной драмы  неизбежны:  герои, действия, реплики должны быть не только отображены и выстраданы, но и мастерски отточены, верно выстроены.  К сожалению, фильм «Нет бога кроме меня» не избежал этих сложностей,  в какой-то мере повлиявших на результат. Есть спорные моменты в композиционном построении, длинноты,  незакономерности: неумелая постановка  сцены в кафе-баре, поиск матери в больнице тоже сценически не продуман,  довольно схематично и сериально  выстроены взаимоотношения героя с женой и детьми. Возникало  ощущение, что нарушена временная последовательность однотипных эпизодов, и трудно было вычленить из них акцентные, решающие.

   Кому-то из зрителей явно не хватило в кадре великолепной  игры Зои Багынановой. Один ее монолог в минуты просветления достоин  Оскара — это образец золота высшей пробы. Мелькала мысль, что  при монтаже нужное «мясо» из ее игры  кусками улетало в корзину. В кино такое случается. (если такого не было,поправьте – прим.авт.)   По достоинству оценена талантливая работа Петра Садовникова, получившего Специальный приз за лучшую мужскую роль на фестивале «Окно в Европу» в Выборге.  Кстати,  фильм Дмитрия Давыдова «Нет бога кроме меня»   многие критики  признали  заметным украшением  конкурсной программы. В фестивальной прессе прозвучало немало интересных откликов:    « Интересно, что в Петербурге есть альцгеймер-кафе, куда люди с таким диагнозом могут прийти со своими близкими. В якутском фильме мать героя тоже ходит с сыном в кафе, пытается вписаться в социум, но ничего, кроме экстремальных ситуаций, это не дает. Финал печален, но при этом он оставляет веру в человечество и еще в якутский кинематограф, идущий поперек магистральных путей.          

   /Светлана Хохрякова. https://www.mk.ru/culture/2019/08/07/gruzinskogo-aktera-gomiashvili-podvela-rossiyskaya-viza-ne-popal-na-festival.html                    

  Фильм «Нет бога после меня» не приемлет категорий «нравится — не нравится»,  он лишен  всяческого назидания  в области добра и зла и не дает ответов, что будет дальше с нами.  Уникальность  этой  двухчасовой драмы в том, что каждый  зритель,  по-своему переживающий страх потери близких, параллельно с экраном одновременно воссоздает  в памяти свое полотно, свои индивидуальные флешбэки, свои несовершенства.  И на негодующий вопрос зрителя: « На что я потратил 2 часа своей жизни?», следовало бы ответить: «На себя потратил, на себя…»

  — Ну кто-то же должен снимать такие фильмы! – сказала продюсер  Сардана Саввина.  И она права. Это право и честь принадлежат Дмитрию Давыдову.

                                                                              

Если вы увидели интересное событие, присылайте фото и видео на наш
Whatsapp +7 (999) 174-67-82
Если Вы заметили опечатку в тексте, просто выделите этот фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редактору. Спасибо!
Система Orphus
Наверх