Как якутская медицина прорвалась вперед мировой

ЭВМ, высокотехнологичная нейрохирургия и подвижнический труд талантов

Летом 1969 года в нейрохирургическом отделении якутской городской больницы 32-летним нейрохирургом Юрием ПАХОМОВЫМ, пациенту, страдающему неизлечимой, тяжелой формой паркинсонизма, была проведена первая из целой серии стереотаксических операций.

К середине 60-х — началу 70-х годов прошлого века в нескольких самых высокоспециализированных нейрохирургических центрах Западной Европы, Японии и США, при неподдающихся лекарственному лечению заболеваниях нервной системы, – паркинсонизме, эпилепсии, детском церебральном параличе и других; некоторых психических расстройствах: глубокой депрессии с суицидальными попытками, неконтролируемой агрессии и жестокости в форме, включая, как сейчас классифицируется, серийные убийства, панические страхи и тяжелые навязчивые состояния, а также наркомании, начал применяться принципиально новый, более точный, значительно менее травматичный метод нейрохирургических вмешательств. Его сущность заключалась в специально разрабатываемых системах вычисления координат пораженных участков глубоких структур мозга, путем сопоставления систем координат стереотаксических аппаратов с координатами внутримозговых структур и стереотаксических атласов. Определенные как целевые мишени участки мозга подвергались деструкции методом точечной электрокоагуляции или замораживания. Объем подвергаемой разрушению мозговой ткани при этом уменьшился в 1500 (!) по сравнению с обычными нейрохирургическими интервенциями, при которых иногда требовалось удаление одной или даже нескольких долей мозга. Геометрические измерения и расчеты производились с использованием циркуля, транспортира и линейки.

Совершенствование аппаратного стереотаксического оборудования, особенно в Германии, Швеции и Франции, а также методов контрастирования для рентгенологических расчетов позволили уменьшить погрешность попадания электрода в заданную мозговую мишень до 2,5-3 мм. Однако в ряде случаев, ввиду незначительных размеров патологических участков, а также их расположения вблизи других жизненно важных мозговых структур, повреждение которых угрожало тяжелыми последствиями, такая погрешность не устраивала наиболее профессиональных и требовательных к себе врачей. Другим недостатком при ошибке в точности расчетов являлась необходимость производить перерасчет и повторное до 3-х раз введение электрода в головной мозг пациента, что хотя для данного вида операций было малотравматично, но нежелательно.

Попытки использования ЭВМ для повышения точности вычислений для стереотаксических операций были предприняты группой нейрохирургов и математиков во главе с одним из основоположников японской стереотаксической школы, профессором ОЙЯ. Однако они, как и ряд других предпринятых западноевропейскими и американскими учеными, не увенчались успехом.

Впервые ЭВМ для стереотаксического наведения была использована отделом клинической нейрофизиологии НИИ Экспериментальной и клинической медицины Ленинграда под руководством доктора медицинских наук, в последующем академиком АН СССР и АМН СССР Натальи Петровны БЕХТЕРЕВОЙ в середине 60-х годов. Специальная программа для ЭВМ была разработана докторами и кандидатами физико-математических наук данного отдела — ИВАННИКОВЫМ, УСОВЫМ и БЕЛЯЕВЫМ. Которые, в свою очередь, модифицировали для медицинских целей сверхсекретную ЭВМ программу ракетных войск стратегического назначения Министерства обороны СССР для межконтинентальных баллистических ракет. С полной уверенностью можно утверждать, что на тот момент это была самая высокотехнологичная разработка в области мировой медицины. Благодаря данной методике погрешность в точности попадания в стереотаксическую цель уменьшилась до менее 1 мм. Это достижение привело не только к заметному повышению качества лечения, но и открыло дорогу к более детальному изучению патофизиологических механизмов болезней нервной системы и функционирования мозга. В области же стереотаксиса в Российской Федерации это получило продолжение и совершенствование школой профессора А.Д. АНИЧКОВА.

В то далекое время, взяв за основу общий геометрический принцип данного подхода, якутяне Юрий Егорович ПАХОМОВ и математик Николай Николаевич САВВИНОВ на имеющейся ЭВМ «Сетунь» Якутского госуниверситета разработали собственную программу стереотаксических вычислений. Коллеги из Ленинграда, сопоставив со своей программой, признали метод якутян даже несколько лучшим. К слову сказать, самый простой стереотаксический аппарат для этих операций был приобретен Юрием Егоровичем за 84 рубля своей врачебной зарплаты.

На ученом совете НИИ Экспериментальной и клинической медицины, куда был приглашен Юрий Егорович, Наталья Петровна БЕХТЕРЕВА обратилась к собравшимся:
«Вот вы тут все — доктора наук, нейрохирурги, неврологи и нейрофизиологи, математики и физики, можете готовить и делать операции только все вместе. А в Якутске все — от осмотра больных, математических вычислений и операций может делать один врач – Юрий Егорович ПАХОМОВ. И его результаты лучше, чем у вас всех, вместе взятых! Послушайте, что он рекомендует».

Доктор ПАХОМОВ, вспоминая этот момент, поправляет, что высокая похвала легендарной БЕХТЕРЕВОЙ была преувеличением. И скрупулезно вспоминает всех, кто с кем работал в одной связке, и каждая часть работы была важной. Общий успех зависел от усилий каждого. Весьма важную для операций пневмоэнцефалографию Юрий Егорович делал вместе с очень квалифицированным рентгенологом, каких в стране в то время, пожалуй, были единицы — Владимиром Алексеевичем БАРАНОВЫМ. Анестезию проводил Анатолий Спиридонович ГРИГОРЬЕВ, в последующем декан медицинского факультета ЯГУ, участвовали также другие врачи. Метод новый, права на ошибку нет.

Через год, в 1970 году Юрий Егорович был направлен в престижную 4-месячную стажировку в нейрохирургических клиниках Варшавы, Познани и Кракова. Не обошлось и без курьезов. Главный нейрохирург, профессор Евгений МЕМПЕЛЬ из Академии Наук Польши, работавший по одной программе с одним из родоначальников европейского стереотаксиса, профессором психиатрии Жаном ТАЛЕЙРАКОМ из госпиталя Святой Анны в Париже, в лечении резистентных форм эпилепсии и неукротимых болевых синдромов (оба профессора также издали лучший стереотаксический атлас мозга человека того времени), затруднялся, с чего начать обучение молодого и молчаливого нейрохирурга из далекой Сибири. Но вскоре выяснилось, что этот парень уже проводит стереотаксические операции, причем, с обязательным использованием сложных расчетов на ЭВМ, в нейрохирургическом отделении больницы Якутска. И результаты якутян, практикующих в обычной больнице, превосходят аналогичные в Токио, Нью-Йорке, Лондоне и Москве. Удивлению и восторгу научных светил и коллег не было предела. Ведь ни у кого из них таких точных и объективных вычислений не было. Польские коллеги щедро делились своими разработками и достижениями, а также трудностями в лечении опухолей головного и спинного мозга, аневризма артериальных и венозных сосудов, внутримозговых кровоизлияний.

Особое место в польской нейрохирургии занимало использование гипотермии при черепно-мозговой травме, что позже Юрий Егорович начал внедрять в практику своего нейрохирургического отделения. Якутянин до сих пор с благодарностью вспоминает доброе, теплое отношение маститых, многоопытных старших коллег из Польши к совсем еще молодому врачу. Про суровый северный край, уважение и поддержку, которые местные жители проявили к полякам, волею судьбы оказавшихся там, они кое-что слышали. Целый ряд польских исследователей, отбывавших царскую ссылку в далекой Якутии за вольнодумство и свободолюбие, внесли большой вклад в ее научную и культурную жизнь – Э.К. ПЕКАРСКИЙ, В.Л. СЕРОШЕВСКИЙ, С.В. ЯСТРЕМСКИЙ и другие. Интересуясь жизнью на далеком Севере, несколько раз Юрия Егоровича приглашал на встречу министр внутренних дел Польши, с которым они однажды даже ездили на охоту в государственный заказник.

Через несколько месяцев после возвращения из Польской Народной Республики, Юрия Егоровича вызвал руководитель управления международного сотрудничества Минздрава СССР и сказал:
«Мы еще никогда не получали таких отзывов из-за границы на наших врачей. Польская сторона дала очень высокую оценку вашим профессиональным и человеческим качествам. Мы вас запомнили… Можете выбрать любую страну в Азии, Африке или Латинской Америке, находящуюся в дружественных отношениях с нами. Рекомендовал бы Индию, Алжир или Кубу. Поедете туда для начала на два года с семьей, для оказания помощи. Заодно и покажете западным нейрохирургам наш уровень профессионализма, там бы Вы уже академиком стали. Пусть учатся».

В тот же период академик АН СССР, министр здравоохранения СССР, хирург Борис Васильевич ПЕТРОВСКИЙ пригласил Юрия Егоровича на встречу для обсуждения организационных вопросов развития стереотаксической нейрохирургии в стране. Самые совершенные на тот момент времени операции в мире делались в Ленинграде и Якутске. По окончании беседы он предложил Юрию Егоровичу переехать с семьей в Москву:
«Мы много делаем, чтобы Москва стала мировой столицей медицины. Все вопросы с важной научной работой, квартирой и бытовыми вопросами будут сразу решены».

После этой встречи директора двух крупнейших московских хирургических институтов предложили доктору Пахомову возглавить отделения стереотаксической нейрохирургии. Ведущим нейрохирургом в этой области медицины в Москве, да и во всем Союзе, был профессор Эдуард Израилевич КАНДЕЛЬ, впоследствии академик АМН СССР и вице-президент Всемирной федерации нейрохирургических сообществ. Он оперировал в НИИ Неврологии АМН СССР стереотаксическим аппаратом, очень близким по конструкции к тому, что использовался в Якутске, но без ЭВМ.

Словом, заманчивые приглашения посыпались на Юрия Егоровича одно за другим. Его известность в профессиональных кругах росла, а скромность, добрые человеческие качества якутского врача только способствовали его популярности. Как правило, доктор ПАХОМОВ искренне благодарил за оценку труда, своего личного и товарищей, и предпочитал отказаться. Чтоб вернуться в Якутию, где все такое родное.

Конечно, в той советской жизни ничего даром не давалось — разработки операций в области стереотаксической нейрохирургии в Якутии приходилось осуществлять в часы отдыха и редкие выходные. На всю республику было всего несколько нейрохирургов. Юрию Егоровичу как заведующему отделением приходилось ежедневно проводить плановые и экстренные операции в отделении, консультировать пациентов в поликлиниках и больницах, по первому вызову вылетать в районы для проведения неотложных операций, очень часто оставаться на ночные дежурства. Известный врач Маримест Петрович ГОГОЛЕВ в юбилей 35-летия нейрохирургии Якутии вспоминал про те годы:
«Условия были ужасные — в городской больнице всего одна операционная для трех отделений – хирургического, травматологического и нейрохирургического, одна ординаторская для травматологов, реаниматологов и нейрохирургов, к обычной нагрузке ежегодно 60-96 вылетов по санавиации (больше часов налета, чем у многих летчиков), обычная норма 13-15 ночных дежурств в месяц».

Все операции, выполненные в отделении, прошли успешно — прямо на операционном столе исчезали сильный тремор, скованность рук и ног, затруднения с началом движений. Это тоже особенность стереотаксических операций – при точном попадании в пораженный участок глубоких подкорковых мозговых структур, патологическая симптоматика при гиперкинезах исчезает сразу. Весь процесс оперируемые находились в ясном сознании. Стереотаксический аппарат, используемый Юрием Егоровичем, в отличие от многих других, не фиксировал жестко голову больных, позволяя им держать ее в более свободном, не напряженном состоянии, что значительно облегчало их самочувствие.

Стоит отметить, что в числе прооперированных пациентов был один, страдающий заболеванием, известным как вилюйский энцефалит. Это до сих пор неизлечимое поражение центральной нервной системы, которому подвержены только этнические якуты. Через несколько дней он был выписан с диагнозом: практически здоров. Выбор данного пациента Юрий Егорович проводил с Афанасием Ивановичем ВЛАДИМИРЦЕВЫМ, самоотверженным врачом-невропатологом, посвятившим всю свою жизнь кропотливому изучению и поиску методов лечения этого тяжелейшего недуга. Некоторые врачи, бравшиеся за это заболевание, через некоторое время приходили в отчаяние, и переходили на другие неврологические профили.

Также несколько раз была проведена стереотаксическая биопсия опухолей головного мозга с целью определения степени их злокачественности и выработки стратегии оперативного вмешательства.

Подготовка и само проведение всех операций были необычными. После закрепления стереотаксического аппарата и специальной рентгенографии, рентгенограммы на больницах скорой помощи отправлялись в вычислительный центр ЯГУ. Там Николай Николаевич САВВИНОВ проводил расчет заданных структур, а также траекторию и глубину погружения электрода. Полученные данные затем передавались в операционную. В момент попадания электрода в расчетную мишень делалась повторная рентгенография, чтоб полностью убедиться в правильности хода операции. Эти рентгенограммы также доставлялись в ЯГУ, и при полном совпадении предварительного и контрольного расчетов и исчезновении патологических симптомов, проводилась электрокоагуляция целевой структуры.

Электрокоагулятор для операций был изготовлен из простого физиотерапевтического прибора в лаборатории Института физико-технических проблем Севера Игорем Николаевичем ЧЕРСКИМ. Его отец, академик АН СССР Николай Васильевич ЧЕРСКИЙ, основатель фундаментальных исследований в области изучения, разработки и внедрения методов использования и возобновления природных ресурсов Сибири, обещал «подарить» Юрию Егоровичу алмазный нож, уникальность которого заключалась в возможности делать не имеющие мировых аналогов ультратонкие срезы мозга. Кроме этого, он обещал оказать всемерное содействие для конструирования стереотаксического аппарата нового универсального типа, к работе над которым приступил Юрий Егорович.

С гордостью стоит отметить, что уже в те годы якутская медицина не только соответствовала, но и несколько опережала мировую. И относилось это не только к нейрохирургии. В данном случае мы увидели сплав новых, по тем временам, технологий, профессионализма и энтузиазма. Не считаясь с высокими нагрузками, усталостью, они фанатично горели, чтоб спасать жизни, чтоб двигать науку вперед. Горстка якутян смогла так организовать работу, что своей спаянностью, талантом и подвижническим трудом, то есть чисто человеческим фактором, они обошли мировые центры с современным оборудованием, солидными штатами, системной работой.

Сейчас доктор ПАХОМОВ, его жена и коллега Кушкаш Ивановна на заслуженном отдыхе. Последние годы они живут за пределами республики. Поддерживают активные связи с якутской и тувинской диаспорами. Их сын Евгений ПАХОМОВ пошел по стопам родителей, сейчас работает врачом-неврологом в санатории «Бэс Чагда», он кандидат медицинских наук. Династия врачей продолжается.

Если вы увидели интересное событие, присылайте фото и видео на наш
Whatsapp +7 (999) 174-67-82
Если Вы заметили опечатку в тексте, просто выделите этот фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редактору. Спасибо!
Система Orphus
Наверх